- Что нового? - спросил Павел, неохотно отрываясь от письма Лизакевича, сообщавшего о согласии папы

- Что нового? - спросил Павел, неохотно отрываясь от письма Лизакевича, сообщавшего о согласии папы посетить Петербург. - О чем говорят в городе?
- Смеются над последним указом вашего величества, - с присущей ему смелостью ответил Грубер, намекая на передачу церкви св. Екатерины иезуитам.
Стрела угодила точно в цель. Смех подданных вернее всего мог привести импульсивного монарха в состояние, близкое к невменяемости.
- Кто посмел?! - вскрикнул он, багровея.
- Извольте, ваше величество, - Грубер, не торопясь, развернул заранее заготовленный список, в котором перечислялось 27 имен. Среди других неугодных ордену представителей духовенства был назван и митрополит Сестренцевич.
- Арестовать! - распорядился Павел, едва пробежав список глазами. - Выслать! - и велел срочно сыскать петербургского генерал-губернатора графа П.А. фон Палена.
Понятное дело, генерал-губернатор приказ государя выполнил. Опасаясь разгневать самодержца, он не стал допытываться, кого сажать, а кого лишь препроводить в родовые имения. Просто взял и выслал из столицы всех перечисленных в списке скопом - одних раньше, других, более именитых, позднее.
Так Груберу одним махом удалось убрать всех, кто когда-нибудь перебежал или мог бы перебежать ему дорогу.
/Из жизни императора Павла I, годы царствования: 1796-1801 /

.

- Что нового? - спросил Павел, неохотно отрываясь от письма Лизакевича, сообщавшего о согласии папы

Добавьте свою новость

Здесь